— Она хорошенькая!

— Леди, простите этих болванов, они способны заметить женщину только тогда, когда она проявляет интеллектуальное превосходство…

Скалли засмеялась. Но о ней уже забыли. Как бы забыли.

Каждый тридцатый американец уже носит в себе микрочип, с помощью которого его поведение может быть в любой момент модифицировано…

— Микрочип инопланетный?

— Инопланетная — технология, а производство «Интел». Звонок телефона.

— «Одинокий бандит»… да. Говори — и скос глаз на барабаны магнитофона: крутятся.

— Я понимаю, что правительство может спланировать бюджетный дефицит или управлять рисками, но осуществить масштабный заговор… для этого оно слишком аморфно и болтливо. — Я же говорю, что она хорошенькая. — Фрохики, заткнись. — Леди, я имел в виду не правительство, а правительство. «Большую дюжину». Тех людей, которые на самом деле управляют Америкой, а через нее — и всем миром. Понимаете? — Боюсь, что… — Это попахивает паранойей? — Ну, этого не я сказала. — Это я сказал. Кстати, широкое распространение поверхностных знаний о подобных состояниях психики — это тоже часть их плана. Заметьте: я вовсе не говорю, что в настоящее время правительством осуществляется тотальный контроль за населением. Но я утверждаю, что уже почти завершена техническая база для такого контроля. Кредитные карточки! — и вы уже не можете скрыться. Любая ваша трата будет засечена с точностью до дюйма и секунды…

— Но остаются еще наличные.

— Да? А у вас есть с собой двадцать долларов?

— Ну… — Скалли повернулась к Малдеру. Ей вдруг стало как-то неуютно. — Есть, наверное…

— Дайте.

Тот, кого называли вторым именем столь любимого им учреждения, принял от Скалли бумажку, посмотрел на просвет — и тут же аккуратно разорвал ее пополам.

— Эй!.. — Скалли вскочила. Малдер захохотал.

В пальцах Лэнгли осталась тонкая лен-точка фольги.